Феномен футурошока

Опубликовано 23rd Апрель 2017 в рубрике СПРУТ:
.

В 1997 г. вышла книга известного американского футуролога, лауреата Нобелевской премии Алвина Тоффлера «Футурошок» [19] — о том, что происходит с людьми, испытавшими потрясения от перемен. Сам термин «футурошок» он ввел в обиход в 1965 г., чтобы с его помощью описать стресс и дезориентацию, которые возникают у людей, подверженных воздействию слишком большого количества перемен за слишком короткий срок.
На основании многолетних исследований А. Тоффлером был сделан вывод, что «боязнь будущего является не просто возможной отдаленной опасностью, а реальной болезнью, от которой страдает все большее количество людей. Это психобиологическое состояние можно описать медицинскими и психиатрическими терминами. Эта болезнь — боязнь перемен».


Далее он пишет, что и те, кто требует больших перемен и создает их, и те, кто, по общему мнению, готовит нас к приспособлению, очень мало знают об адаптации.
Человеческий организм функционирует по совершенно иным законам, чем законы социологии или законы общества. Существует очень важная величина, которую почему–то упускают из виду. Это время. Два совершенно одинаковых события, но произошедшие в разный временной отрезок, приведут к совершенно различным последствиям. Как пишет А. Тоффлер, первое и самое уязвимое место, по которому бьет ускорение, это повседневная жизнь современного человека. Помните, мы раньше говорили про ускоренные программы изучения иностранных языков или программы, которые служат для введения человека в состояние, когда он может запоминать или перерабатывать огромный пласт деловой информации за относительно короткий промежуток времени. Такой эксперимент был в свое время проведен в одной из стран социалистического лагеря. В нем участвовали абсолютно здоровые молодые люди из спецслужб. Через пять лет решили посмотреть, к каким результатам привел подобный эксперимент, и оценить состояние здоровья каждого из них. Только беда оказалась в том, что тех, кого хотели посмотреть, больше не было…
В свое время советский ученый Е. Н. Соколов выдвинул идею, что на любой новый или незнакомый раздражитель головной мозг человека формирует так называемый ориентационный ответ (ОО). Он полагал, что нервные ячейки мозга хранят информацию об интенсивности, продолжительности, качестве и последовательности приходящих стимулов. Если же стимул новый и не подходит ни под одну существующую модель, то тогда и происходит ориентационный ответ. Что это такое? А вот что. Перегружая мир новшествами, вы получаете эквивалент возбужденного невротика — человека, обладающего системой, в которую постоянно поступает адреналин, сердце постоянно перегружено, присутствует повышенный мышечный тонус и дрожь — это все характерные признаки ОО [19, с. 271]. В этом случае наше представление о реальности искажается, мы чувствуем замешательство и находимся на грани между иллюзией и реальностью. «Тускнеющие стеклянные взгляды и пустые, лишенные выражения лица молодых танцоров в больших рок–аудиториях, где цветомузыка, мозаичные экраны, вопли на высоких децибелах, крики и стоны, гротескные костюмы и надписи, раскрашенные тела создают чувствительную обстановку, характеризующуюся сочетанием завышения количества информации на входе с ее крайней непредсказуемой новизной. По этой причине деятели, практикующие политическое и религиозное промывание мозгов, используют не только сенсорную деривацию, к примеру, одиночные камеры и т. д., но и хаотическую сенсорную перестимуляцию — мигающий свет, быстро мелькающую цветовую гамму, беспорядочные звуковые эффекты, т. е. весь арсенал психоделического калейдоскопа. Распевание монотонных мантр, направленных на фокусировку внимания индивидуума на внутренней стороне существования, отсутствие наружной стимуляции однозначно являются попытками вызвать совершенно четко заданные, иногда галлюцинаторные эффекты недостимуляции» [19, с. 282].
Отсюда явно следует, что как перестимуляция, так и отсутствие нормальной стимуляции сенсорных систем негативно сказывается на здоровье, но особенно подвержены заболеваниям люди, в чьей жизни перемены случаются гораздо чаще, особенно если они происходят за относительно короткий промежуток времени.
Учитывая эту информацию, американские ученые Холмс и Рейх классифицировали типы жизненных изменений. Каждому пункту их списка была присвоена соответствующая категория с определенным количеством баллов. Например, переезд в новый дом оценивался в тридцать очков. Если сразу после этого покупалась дорогая машина, то еще тридцать. По этому же принципу оценивались переезд в другую местность, женитьба, смена работы и т. д. Чем больше очков набиралось за определенный промежуток времени, тем хуже это было для здоровья того или иного человека.
Исследовав огромное количество людей, ученые пришли к неутешительному выводу: люди, в чьей жизни произошли крупные изменения, не важно, положительного или отрицательного характера, скорее всего, склонны заболеть в последующий год. Более того, чем выше уровень жизненных изменений, тем серьезнее заболевание.
Таким образом, впервые в столь впечатляющей форме было сделано открытие, что скорость изменений личной жизни человека, его темп жизни вплотную связаны с состоянием его здоровья. Результаты были настолько захватывающими, говорит доктор Холмс, что сначала мы даже не осмелились их публиковать [19, с. 266].
Далее автор справедливо замечает, что «было время, когда человек учил язык своего общества и использовал его, с небольшими изменениями, на протяжении всей своей жизни. Его связь с каждым изученным словом или жестом была прочной. Сегодня уже нет этого удивительного качества.
У различных людей футурошок (или шок будущего) проявляется разными способами.
Его симптомы также различаются в соответствии со стадией и интенсивностью заболевания. Подобные симптомы различаются широко — от беспамятной враждебности до благожелательной властности, от кажущегося бессмысленным зверства до физического заболевания, депрессии и апатии… Люди чувствуют себя постоянно подслушиваемыми или утомленными и отчаянно жаждут сократить количество необходимых решений» [19, с. 263].
Особенно опасен футурошок для людей, оказавшихся в местах боевых действий.
Многие солдаты обнаруживают себя заключенными в окружающую среду, которая чрезвычайно быстро изменяется, не является родственной им и непредсказуема. Свист пуль и грохот разрывов заполняют уши. В подобной среде с чрезмерной стимуляцией солдат должен действовать на высшем пределе его адаптивного ряда. Иногда он оказывается вытолкнутым за его пределы. Организм больше не справляется, и тогда наступает срыв. Многие солдаты засыпали на поле боя, когда вокруг бушевала лавина пуль. Последующие исследования показали, что солдаты не просто реагировали на физическое изнурение или недостаток сна, а впадали в некую разновидность всепобеждающей апатии. Презирающая смерть апатия была настолько всеобъемлющим явлением, что даже получила название — длительной всеохватной деформации. Страдающие ею солдаты или мирное население были неспособны выполнять простейшие действия по самообслуживанию и обладали рассудком ребенка. Ученые пришли к неутешительному выводу, что это явление было конечной стадией общего процесса разрушения психики. Но точно такие же изменения могут происходить с людьми во время стихийных бедствий, где, как и в боевых условиях, может наступить психологическая перегрузка. Первопричина может также заключаться в высоком уровне стимуляции окружающей среды.
Культурный шок, наиболее общая дезориентация, которую переживает путешественник, без должной подготовки оказавшийся в чуждой культуре, представляет собой третий образец адаптационной поломки механизма. Здесь нет ни одного привычного элемента войны или стихийного бедствия. Вся обстановка может быть совершенно мирной, лишенной какого бы то ни было риска. И тем не менее…
Человек при культурном шоке так же, как солдат на поле боя или жертвы при стихийном бедствии, поставлен в неблизкие ему, непредсказуемые условия. Его привычные способы распознавания вещей — даже решения задач, таких, как ответ на телефонный звонок — более не годятся. Знаки, звуки и другие психологические сигналы проносятся мимо, поскольку он не может уловить их значение. Сам опыт вступает в область сюрреалистического. Каждое слово, каждое действие наполнены неуверенностью. В такой обстановке усталость проявляется быстрее, чем обычно. Фактор непрогнозируемости, возникающий из новшеств, подрывает чувство реальности.
Итак, в поведении солдата в бою, жертвы стихийного бедствия и культурно неадаптированного путешественника наблюдается одинаковое замешательство, дезориентация или искажение реальности. Во–вторых, наблюдаются сходные признаки усталости, возбуждения, напряжения или чрезмерной раздражительности. В-третьих, во всех случаях они проявляются как односторонние явления — при которых возникает апатия и эмоциональный отказ [19, с. 281].
Из всего этого следует, что необходимо изучать вероятное будущее, чтобы избежать последствий футурошока. Как справедливо пишет А. Тоффлер, заниматься этим сложнейшим направлением должны профессионалы, а не самодеятельные гадалки или всевозможного рода предсказатели. Ни один серьезный футуролог не имеет дело с предсказаниями. Их оставили для телевизионных шоу и журнальных гороскопов.
«Конечно, никто не может знать будущее в каком–то абсолютном смысле. Мы можем только систематизировать и углублять наши предположения и пытаться приписать им вероятность. Но даже это трудно. Попытки предсказать будущее неизбежно изменяют его» [19, с. 377]. Доктор юридических наук А. Б. Венгеров [22] приводит мнение философа И. Кругликова, который считает, что способность организма заглядывать в будущее, в конечном счете, пропорциональна его способности накапливать и сохранять прошлое в виде следов осуществившихся взаимодействий. «Представление, согласно которому живая система может заглядывать в будущее, а может и не делать этого, не соответствует действительности. Живая система любого уровня организации не может не заглядывать в будущее, и вся ее текущая деятельность так или иначе имеет прогностический характер». В свое время выдающийся советский физиолог П. К. Анохин ввел понятие «опережающее отражение», суть которого заключается в том, что внешняя среда еще только собирается перейти в новое состояние, а человек уже смоделировал это состояние, т. е. определяющие реакции уже произошли. Но содержание этих определяющих реакций задано именно внешними событиями, является их отражением «в прошлом», а применительно к сиюминутной ситуации и проявляется как опережающее отражение [22, с. 13, 15]. Как пишет академик Н. Н. Моисеев, организация систем в живом мире рождает совершенно новый тип механизмов развития, неизвестных в мире неживой материи. Это механизмы обратных связей. Разрушение организаций этих связей означает гибель живой системы. Можно говорить об отрицательных обратных связях, поддерживающих гомеостазис, т. е. компенсирующих внешнее воздействие, и о положительных, которые ухудшают стабильность системы, но одновременно заставляют ее искать новые, более рациональные способы использования энергии и вещества [23, с. 63, 65].
Я привел все эти высказывания с единственной целью, чтобы показать, что, используя механизмы обратных связей, мы можем и должны прогнозировать заранее наступление того или иного события и включать в действие адаптационные механизмы, чтобы защитить систему от разрушения, т. е. не доводить процесс до порогового состояния или точки бифуркации, где начинают главенствовать законы случайных процессов. А это может привести к катастрофе, т. е. к тем событиям, которые мы и рассматривали. Естественно, мы должны четко понимать, что в отличие от рыночной гадалки мы можем прогнозировать наступление того или иного события с определенной долей вероятности. И чем выше эта доля, тем точнее прогноз.
Но всегда надо помнить, что при составлении того или иного прогноза существует вероятность появления случайного события, предугадать которое просто невозможно. И именно его величество случай определит конечный результат, а не ваш прогноз.
Возможно, правы оказываются некоторые ученые и философы, утверждающие, что миром правит случайность и неопределенность, а не порядок. Недаром один из выдающихся физиков 20‑го столетия, лауреат Нобелевской премии бельгийский ученый Илья Пригожин одну из своих книг так и назвал — «Порядок из хаоса».
И еще один феномен мы рассмотрим, тайну которого пытаются разгадать не одно столетие, но воз, как говорится, и ныне там.

комментарии: Закрыты

Комментарии закрыты.